Написать отзывы на книги

Посмотреть буктрейлеры и подписаться на каналы

Все права защищены.
Джоджуа Рита, 2026

Впечатления прошедшего утомительного дня переполняли Гедеона, и он спешил домой, чтобы разделить их с Урсулой. Мужчина понимал, что, возможно, его рассказы выглядят как жалоба на всех и вся и его мысли - мелочны, но Урсула всегда с удовольствием слушала мужа и смеялась вместе с ним, а иногда утешала, успокаивала и утверждала, что он, конечно же, прав.
Индия… Жаркая, шумная, пыльная. Гедеон с трудом переносил все. Он до сих пор не привык к жизни здесь, и его квартира стала для него оазисом спокойствия и умиротворения. Он с удовольствием возвращался в свое убежище и с неохотой покидал его.
Это была светлая уютная двухкомнатная квартира с балконом, большими окнами, красивыми резными качелями, висевшими прямо посреди гостиной, и старинной ажурной люстрой. По утрам сквозь витражные окна спальни лился волшебный свет. И вечером в закатных лучах комната вновь наполнялась причудливыми узорами и цветами.
Они пришли смотреть эту квартиру вместе с Урсулой, и Гедеон понял, что купит ее, в тот момент, когда Урсула села на качели и начала медленно раскачиваться. Ее лицо озарила радостная улыбка. В тот день они влюбились в эту квартиру и уже не хотели смотреть ничего другого. Гедеон не думал о цене.
Прямо возле качелей Урсула поставила свой рабочий стол на колесах, который к концу дня отодвигала к стене. На окна в гостиной они повесили светлый тюль и расшитые индийским узором шторы, купленные на ближайшем рынке. На кухне оставили старый гарнитур, лишь перекрасили и починили его, заменили технику. Кровать с балдахином в спальне тоже оставили, заменив шторы, матрас и подушки с одеялом. Урсула любила полностью закрывать балдахин, хотя Гедеон говорил, что чувствует себя под ним как в детской люльке.
Всем ремонтом занималась Урсула, которой было приятно и радостно украшать свой новый дом.
Она радовалась всему, что могла сотворить в их новом жилище, и бесконечно благодарила Гедеона за его доброту и понимание. Столько лет Урсула Вайс не могла ничего менять в их с Джиной квартире. Всё там пропахло болезнью и страданиями. Иногда она мысленно возвращалась в ту квартиру и думала о том, что не хотела бы жить там вновь. А еще Урсула стыдилась мысли о том, что сейчас, без Джины, чувствует себя счастливой и свободной. Она изменила прическу и цвет волос, купила себе косметику и обновила гардероб без мыслей о лекарствах и лечении. Ей казалось забавным то, что она вышла замуж за врача и каждый вечер слушала его рассказы о больнице и больных, но теперь они не казались ей такими страшными и полными безнадежности, хотя за каждой историей скрывалось страдание людей.
Гедеон ни в чем ее не ограничивал, и Урсула могла принадлежать самой себе. Она старалась не думать о Джине, потому что мысли о ней все еще причиняли боль. Каждое мысленное возвращение в прошлое отзывалось отчаянием и чувством вины. Поэтому до самого возвращения мужа домой Урсула работала. А когда работа заканчивалась — погружалась в домашние хлопоты. Госпожа Вайс была счастлива не оглядываться на ужасное прошлое и идти вперед, смотря в добрые и умные глаза мужа и держа его за руку. Потому что он знал куда идти, а Урсула - нет.
Гедеон любовался улыбкой жены и блеском в ее глазах. Ему казалось, что он смог сделать счастливым женщину, которая раньше выглядела убитой горем. Разве это не достижение?  
Он решил устроиться врачом в местной больнице. Стоило ему войти в кабинет главного врача, Кабира Шармы, как его сразу же приняли и даже согласились с условием, что Гедеон не будет заниматься пересадками органов. Шарма чуть ли не в тот же день сам нацепил на Гедеона пожелтевший докторский халат, поднес к нему ритуальный поднос с лампадой, коротко помолился, обсыпал нового врача цветами, поставил на лоб красную точку краской и благословил. Так Гедеона на работу еще не нанимали.
Урсула работала удаленно, и Гедеон искренне завидовал ей. Она могла круглые сутки находиться в их оазисе, тогда как Гедеону приходилось работать в не самой чистой больнице.
Он был в ужасе от антисанитарии в госпитале, и беспощадно гонял уборщиц и медсестер, чтобы те следили за чистотой. А еще он ругал врачей за неопрятный внешний вид, распущенные волосы, грязные руки, слишком резкий запах духов, украшения и маникюр.  В итоге все врачи и медсестры от него шарахались.
Все, кроме главного врача, который, как оказалось, дома за него молился вместе со всей своей семьей. Несколько раз Гедеон бывал у Кабира в гостях и один раз приглашал его домой сам. Кабир был единственным человеком, с которым Гедеон говорил не на повышенных тонах. Доктор Шарма был больше врачом, чем администратором. И строгий доктор Вайс, любивший чистоту и порядок, оказался для него настоящей находкой.
Гедеон раньше всегда был дружелюбным и спокойным. После колонии он стал просто сдержанно-вежливым к посторонним людям. Но в индийской больнице вся его вежливость просто испарилась. Врачи побаивались его, а пациенты вели себя спокойно, стараясь не злить строгого доктора.
Это была старая клиника, построенная в 80-е годы, ремонт с тех пор в больнице не делали, разве что косметический: красили стены, приклеивали отвалившиеся плитки и иногда даже раскошеливались на замену сантехники. Кровати не менялись, а аппаратов для рентгена, КТ и МРТ было по одному на всю больницу. Очереди на обследования приходилось ждать месяцами. Это неимоверно бесило доктора Вайса.
Расходные материалы и лекарства покупали родственники пациентов. И от этого Гедеону становилось стыдно, поэтому иногда медикаменты он покупал сам. Пациенты и врачи были ему признательны, а Шарма просил его так не делать, потому что зарплата доктора Вайса и без того невелика и тратить ее на медикаменты для посторонних людей неправильно. Гедеон понимал это, но не мог просить пациентов покупать самостоятельно то, что должно иметься в каждой больнице. Ему казалось само собой разумеющимся наличие бинтов, шприцев и физраствора.
Когда он рассказывал об этом Урсуле, та улыбалась и говорила, что это хороший знак. Ведь колония не испортила Гедеона и в его сердце сохранилось сострадание к людям.
Единственное, что радовало доктора Вайса - то, что в больнице никогда не было кабинета Красной линии. Пациенты были слишком нищими для них.  
Сегодняшний день был таким же тяжелым, душным и шумным, как и все предыдущие. К счастью, он остался позади.
Гедеон припарковал мопед возле дома и устремился в свое убежище. Поднявшись на свой этаж, он обнаружил, что около дверей его квартиры столпился народ. Растолкав их, он увидел в прихожей разгром. В квартире находился  Раджеш, его коллега, и несколько полицейских. 
— Что здесь произошло? — неуверенно спросил Гедеон.
— В твой дом вломились, — ответил Раджеш.
— Это я вижу. Но, может, кто-нибудь объяснит мне, что случилось и кто вломился?
Подошел полицейский и начал что-то объяснять на английском, перемешанном с хинди. Гедеон ничего не понял и в растерянности посмотрел на друга.
— Он спрашивает тебя, известно ли тебе о связях Урсулы с Тэранос? — ответил Раджеш.
— Нет. Я даже слово это впервые слышу.
— Инспектор полиции подозревает их, — сказал Раджеш, будто напоминал другу забытую истину.
— Впервые про них слышу, — раздраженно повторил Гедеон. Коллега вздохнул с таким видом, будто его друг только что сморозил огромную глупость и ему, Раджешу, придется теперь оправдываться перед полицейским за него. Он подошел к одному из офицеров и заговорил с ним, что-то торопливо объясняя, а Гедеон направился к двери, чтобы выгнать зазевавшихся соседей. Те разошлись с неохотой, но одна из соседок вдруг сказала:
— Тэранос - очень плохие люди! Если твоя жена у них, то она в смертельной опасности.
— Я разберусь, — буркнул Гедеон.
— Нет, не разберешься, ты больше никогда ее не увидишь! — крикнула индианка и ушла. Гедеон прислонился к двери. К горлу поступил комок. Они с Урсулой поженились только два года назад и все вроде бы образовывалось. Какой еще Тэранос? Что от них еще хотят?
Вскоре ушли и полицейские. Они не смотрели под ноги и наступали прямо на разбросанные на полу вещи. А растерянный Гедеон закрыл за ними дверь и окинул взглядом свой разоренный оазис. Затем начал нехотя приводить дом в порядок, собрал с пола раскиданные бумаги, поднял компьютер Урсулы, у которого треснул экран и выпали кнопки клавиатуры. Раджеш решил помочь другу, взял щетку и совок и начал подметать осколки разбитой посуды.
Доктор с печалью смотрел на квартиру, и она уже не казалась ему уютной. Она напоминала руины. И от этого становилось больнее.
 — Что они сказали? — спросил он у Раджеша.
 — Они сказали, что начнут расследование, но особо на успех рассчитывать не стоит. Тебе нужно посмотреть, что Урсула насобирала об этой компании. Официально их представительства в Индии нет.
 — Что еще за Тэранос? — усталым голосом спросил Гедеон, усаживаясь на стул. Раджеш опустился в кресло напротив него. — Объясни мне, я ничего не понимаю.
— Это… - Раджеш вздохнул. — Это материнская компания Красной линии. Они занимаются всеми разработками и инновациями. Для всех Тэранос - компания, которая производит косметику, но на самом деле никто не знает, что они делают. Но известно, что из-за них пропадают люди. Обычно это какие-нибудь бедняки или одиночки. Преимущественно женщины.
 — А зачем косметической организации моя жена?
 — Я не знаю. Но подозреваю, что это из-за ее крайнего любопытства. Возможно, Урсула нашла информацию о том, что компания занимается не только кремами и мазями.
 — Та женщина… соседка… Она сказала, что Тэранос - очень плохие и скорее всего Урсулу я больше не увижу. Я даже не знаю, где ее искать… — Голос Гедеона сорвался.
 — Ну… а я знаю, откуда ты можешь начать ее искать, — ответил Раджеш. — Не отчаивайся, я пойду с тобой.
 — Серьезно?
 — Да. Пора закрывать эти живодерни. Ты же помнишь, я — примерно в таком же положении, что и ты.
 — Ты думаешь, эта контора тоже приложила руку к эльфам?
 — Я не думаю, я уверен. Красная линия — лишь дочерняя компания всего этого.
 — И с чего мы начнем?
 — Я полагаю, что стоит начать хотя бы с колонии в Непале. Она ближайшая.
 — Глупости, колония в Непале полностью разгромлена. Когда я там был в последний раз, она была в ужасном состоянии.
 — Но Тэранос могла занять ее и все переделать.
 — Возможно… Тогда нам нужно собираться прямо сейчас. Путь неблизкий.
Какое-то время коллеги сидели в тишине. Гедеона одолевало желание кинуться на поиски Урсулы прямо сейчас, ничего не зная о противнике, но он понимал, что нужно проявить рассудительность и холодное спокойствие. Возможно, среди бумаг и материалов Урсулы есть хоть какая-то информация о компании, ее стоит изучить. Доктор решил немного успокоиться и прийти в себя.
Он налил чай себе и Раджешу в чудом уцелевшие чашки. Они сели за стол, и Гедеон вновь заговорил:
 — Ты знаешь, там, в колонии, в капсуле спал эльф, которого мы разбудили. Медсестра, которая мне помогала, сказала, что он королевской крови. И колонии приказали стеречь его для какого-то проекта.
 — Я ничего не знаю о проектах компании, — ответил Раджеш. — Я сбежал, даже не доехав до колонии, и жил в деревне до встречи с тобой. Но я знаю человека, который может нам помочь. Если хочешь, могу спросить.
 — Мне плевать на этот проект. Эльфа я освободил.
 — Если такой эльф был в Непале, то и в других колониях тоже будут. Гедеон, тебе нужно встретиться с Древнейшей и ее эльфами. Возможно, они могут помочь.
 — Что еще за Древнейшая?
 — Это эльфийка, вождь одичавших эльфов. Возможно, она что-то знает.
 — У эльфов есть еще какие-то племена?
 — Ну да. Не все из них загремели в колонии. Тебе стоит с ней встретиться.
 — И что я ей скажу?
 — Расскажешь о разорении колонии. Подружишься с ней. Возможно, Древнейшая что-то расскажет и подскажет, куда идти. Колония, скорее всего, охраняется, ты не сможешь зайти туда, открыв дверь с ноги, ты же понимаешь?
 — А что, если она сочтет, что я вру? Я должен спасти Урсулу! Мне некогда общаться с эльфами!
 — Ты собираешься искать ее в одиночестве?
 — Даже если так!
 — Я все же предлагаю тебе встретиться с эльфийкой. И дождаться результатов расследования: возможно, мы найдем зацепку. Может быть, дело вовсе не в Тэранос. Здесь есть банды, которые специально ищут одиноких и беспомощных людей, чтобы продавать их компании.
— Я потеряю время! — Гедеон вспылил.
 — Если Урсулу похитила одна из этих банд, то возможно, она еще здесь! Нужно искать! — Раджеш оставался раздражающе-спокоен и настойчив.
Гедеон лишь вздохнул. Он был зол и сейчас всю вину за ситуацию возлагал на Раджеша, на полицейских и даже на ту пожилую соседку. Раджеш его понимал и сочувствовал.
— Хочешь, я принесу чего-нибудь выпить?
 — Нет. Если можно, оставь меня одного.
Раджеш ушел к себе, а Гедеон принялся рассеянно ходить по квартире и искать вещи, которые могут пригодиться в пути. Вечерний свет солнца проникал сквозь цветную штору с пайетками и окрашивал комнату в причудливые оттенки, выхватывая летающие в воздухе пылинки. По квартире разливался аромат фруктового чая, который Гедеон заварил совсем недавно. Все было как прежде, но не для доктора Вайса. Этот дом теперь перестал быть его убежищем.
В конце концов Гедеон вернулся в спальню и лег на кровать, по привычке засунув руку под подушку. Внезапно он нащупал там что-то. Рывком сел, откинул подушку. Урсула успела спрятать свою записную книжку и телефон.
Гедеон торопливо принялся листать записную книжку. К его удивлению, в нее были вложены вырезки из газет и распечатки каких-то статей о пропаже женщин и девушек. Некоторые имена он узнал: это были его пациентки. Так вот почему они больше не появлялись в больнице... Может, они находятся  в том же месте, куда увезли Урсулу? Гедеону стало страшно за нее. Что с ней делают? Жива ли она? Ему хотелось сорваться и бежать прямо сейчас, но приходилось ждать до завтра. В таком смятении нужно было прожить сегодняшний вечер и ночь.